S / L
«Рождение»
Комната, заданных габаритов, отделанная изнутри стеновыми панелями с отражающими элементами 100/100мм. Под определёнными углами. Передней стены нет. Пол и потолок отделаны светоотражающей фольгой. В комнате алюминиевая стремянка и большой человек в побелке «Проточеловек». Еще один человек в балахоне. Дверь входная, открывающаяся в обе стороны на маятниковых петлях. Большой и сильный прожектор. Зрители.
Тестовый образец панели.
Полная тишина. Прожектор включён и свет направлен на закрытую дверь. Зрители видят только контур комнаты, в самой комнате полный мрак. Зрители в молчаливом ожидании.
В полной тишине раздаются шаги, переходящие на бег. Распахивая настеж дверь, из комнаты выбегает человек, пробегает мимо прожектора и скрывается за кулисы. Дверь, тем временем, раскачивается то наружу, то внутрь комнаты, пропуская поток света. Свет врывается в комнату и по заданной траектории двигается по комнате и отражается, в конце, от задней стены в хаотичном порядка, освещая всё, что находится в комнате. Происходит «взрыв» света. Фигуры в комнате статичны. Дверь, покачавшись, закрывается, принимая первоночальное положение. Комната погражается во мрак. Занавес.
Гуманистическое знание согласуется с частным опытом жизни. И от того конвенция о гуманистических ценностях во многом кажется как бы самоочевидной.
Вместе с тем человеку как индивидууму свойственно забывать о ценности своей жизни, о своей собственной ценности. Подтверждением тому является поиск опоры в многочисленных ответвлениях психологии и психотерапии или религиозных и мистических учениях.
Потребность вырваться из повседневной рутины, вынырнуть из нее, чтобы пере открыть ценность своей жизни — обнаруживает пустоты конвенции гуманистического знания как безусловного. Всякая договоренность, всякое безусловное утверждение имеет свое основание. Оттого уместно обратиться к вопросу о том, откуда появляется гуманистическая идея.
Вместо исследования деталей того, как она закрепляется и развивается в коллективном и индивидуальном сознании. Речь идет о доконвенциональном, чистом знании, или метазнании. О том знании, которое не может быть дифференцированно в направления и выделено в концепции, поскольку сами концепции уже являются интерпретацией метазнания с уровня человеческого опыта.
Вместе с тем человеку как индивидууму свойственно забывать о ценности своей жизни, о своей собственной ценности. Подтверждением тому является поиск опоры в многочисленных ответвлениях психологии и психотерапии или религиозных и мистических учениях.
Потребность вырваться из повседневной рутины, вынырнуть из нее, чтобы пере открыть ценность своей жизни — обнаруживает пустоты конвенции гуманистического знания как безусловного. Всякая договоренность, всякое безусловное утверждение имеет свое основание. Оттого уместно обратиться к вопросу о том, откуда появляется гуманистическая идея.
Вместо исследования деталей того, как она закрепляется и развивается в коллективном и индивидуальном сознании. Речь идет о доконвенциональном, чистом знании, или метазнании. О том знании, которое не может быть дифференцированно в направления и выделено в концепции, поскольку сами концепции уже являются интерпретацией метазнания с уровня человеческого опыта.
Обусловленное особенностями человеческого восприятия и социальными потребностями, оно обретает форму гуманистических ценностей. В то время как само содержание оказывается несоизмеримо больше обозначенной формы.
То, что утрачено в процессе этого перехода, не может иметь форму другой, дополняющей и рядоположенной гуманистическому знанию, идеи. Поскольку любая идея снова замирает в виде формы, не вмещающей содержания.
Этот гносеологический парадокс преодолевается только личным опытом непосредственного соприкосновения с метазнанием. Не для того, чтобы его вместить или присвоить, но для того чтобы вернуть себе всю полноту содержания. Из принципиально иной позиции — единства с макросистемой.
Изменив само качество восприятия, вы возвращаетесь на уровень осознования ценности человеческой жизни, в том числе своей собственной. Запечатлев в себе исходное знание.
То, что утрачено в процессе этого перехода, не может иметь форму другой, дополняющей и рядоположенной гуманистическому знанию, идеи. Поскольку любая идея снова замирает в виде формы, не вмещающей содержания.
Этот гносеологический парадокс преодолевается только личным опытом непосредственного соприкосновения с метазнанием. Не для того, чтобы его вместить или присвоить, но для того чтобы вернуть себе всю полноту содержания. Из принципиально иной позиции — единства с макросистемой.
Изменив само качество восприятия, вы возвращаетесь на уровень осознования ценности человеческой жизни, в том числе своей собственной. Запечатлев в себе исходное знание.
Философия
Гуманизм и гуманистические ценности — это то знание, которое является конвенциональным. Сложенные договоренности как природа этого знания кажутся естественными и проистекающими из исторического и общественного знания